Поиск

Часть первая — Страна голубого цветка — Фрэнсис Бернетт

Страна Голубого Цветка стала называться так только после того, как могучий и прекрасный Король Амор спустился с гор, где стоял его замок, и занял место на троне. Прежде она называлась Страной Короля Мордрета, а поскольку первый Король Мордрет был на редкость злым и жестоким, то и в названии не было ничего весёлого.

За несколько дней до рождения Амора его слабый, эгоистичный и совсем ещё юный отец — которого тоже звали Король Мордрет — погиб во время охоты, а прекрасная и ясноглазая мать умерла, когда ему было всего несколько часов от роду. Однако перед смертью она успела послать за своим глубоко почитаемым другом и учителем, который считался самым старым и мудрым человеком на свете и уже давно жил среди гор, в пещере, куда удалился, чтобы не видеть царивших внизу ненависти, нищеты и разора.

То был удивительный старик. Почти великан ростом, он обладал огромными голубыми глазами, глубокими, как море, и такими же ясными, как у прекрасной Королевы, — казалось, они видели всё на свете, и глубина их не заключала иных мыслей, кроме самых чистых и возвышенных. Люди с робостью смотрели, как он величественно шествует по улицам их города. Имени его никто не знал. Для них он был просто Старейший.

Прекрасная Королева возлежала на ложе из золота и слоновой кости и, откинув расшитый полог балдахина, указала на спящего рядом с ней крошечного малыша.

— Он родился Королем, — сказала она. — И только вы можете ему помочь.

Старейший окинул малыша внимательным взглядом.

— Ручки и ножки — длинненькие, крепкие. Он вырастет настоящим Королём, — сказал он. — Доверьте его мне.

Королева взяла новорожденного на руки и протянула учителю.

— Заберите его теперь же, пока он не услыхал, как ссорятся люди у городских ворот, — сказала она. — Отнесите в замок на скале, и пусть остаётся там, пока не придет срок спуститься вниз и править королевством. Когда солнце скроется за облаками, меня уже не будет, но с Вами он научится всему, что положено знать королям.

Взяв ребенка, Старейший завернул его в свой длинный серый плащ и, величественно прошествовав через дворцовые ворота, оставил позади злосчастный город и равнину и направился в горы. Когда он начал подниматься по их крутым склонам, солнце уже садилось, окрашивая скалы в золотые и розовые тона и озаряя заросли диких цветов и кустарников, среди которых, казалось, невозможно было отыскать хоть какую-нибудь тропинку. Но Старейшему и безо всяких троп были ведомы все пути мира, и он продолжал своё восхождение, в то время как маленький Король Амор крепко спал в складках его серого плаща. Наконец он достиг вершины и, пробившись через заросли дикого винограда, испещрённого, словно звёздочками, бледными, источающими сладкий аромат бутонами, остановился и устремил свой взгляд на замок, и небо над ним, и лежащее далеко внизу море, и долины.

Небо было теперь тёмно-синим и освещалось мириадами звезд, и всё кругом было так тихо, как будто мир остался где-то за тысячи миль; и грязь, нищета и людская вражда казались отсюда чем-то нереальным. Везде чувствовалось дыхание прохладного ласкового ветерка. Старейший развернул маленького Короля Амора и положил его на ковёр из душистого мха.

— Звёзды совсем близко, — сказал он. — Проснись, юный Король, взгляни на них и знай — это твои братья. И твой брат-ветер доносит до тебя дыхание твоих братьев-деревьев. Ты у себя дома.

Тогда Король Амор открыл глаза и улыбнулся, увидев звёзды в тёмной синеве прямо у себя над головой, и, хотя ему не исполнилось ещё и дня от роду, вскинул вверх свою маленькую ручку, непроизвольно коснувшись ею лба.

— Он приветствует их как Король и воин, — сказал Старейший, — пусть и сам ещё того не сознавая.

Огромный замок поражал своим великолепием, несмотря на то что в нём уже без малого сто лет никто не жил. В течение трёх поколений его царственные владельцы не удосуживались подняться сюда и посмотреть на мир с высоты. Не зная ничего о ветре, деревьях и звёздах, они жили в своих городах на равнинах, охотились, прожигали жизнь и взимали непомерные налоги со своего несчастного народа. А замок коротал все зимы и вёсны один. У него были высокие башни и зубчатые стены, ясно выделявшиеся на фоне неба, и большой пиршественный зал, и палаты для сотен гостей, и караульные помещения для тысячи воинов, а на просторном королевском дворе можно было свободно устраивать рыцарские турниры.

И вот, среди всего этого простора и великолепия жил теперь маленький Король Амор — один, если не считать общества Старейшего и его помощника, такого же старого, как он сам. Оба, однако, знали секрет, позволявший им сохранять молодость,несмотря на все прожитые годы. Они знали, что приходятся братьями всему сущему, и ещё, что у человека, не ведающего злых и тёмных мыслей, не может быть в мире врагов. Они были сильными, мудрыми и правдивыми, и даже самый дикий зверь, проходя мимо, останавливался и приветствовал их, и они понимали его язык.
Тёмные мысли были им неведомы, а потому был неведом и страх, и дикие звери, в свою очередь, тоже не испытывали перед ними страха, и тоже понимали их речь.

Каждый день на рассвете они поднимались на стены замка и смотрели, как сверкающее солнце медленно выходит из пурпурного моря.

Маленький Король Амор навсегда запомнил то утро, когда Старейший осторожно разбудил его ни свет ни заря и, завернув в свой длинный серый плащ, стал подниматься по узкой винтовой лестнице, пока они не оказались на верхней площадке этого огромного замка, достававшего, как представлялось малышу, до самого неба.

— Солнце вот-вот поднимется и разбудит мир, — сказал Старейший. — Смотри, юный Король, не пропусти это чудо.

Амор поднял головку и приготовился смотреть. Он ещё только-только начинал осознавать окружающий мир, но ему нравился Старейший и всё, что тот говорил и делал.

Далеко внизу под скалой лежало море. Ночью, спящее, оно выглядело тёмно-синим или лиловым, но теперь постепенно приобретало новый оттенок. Небо тоже менялось, становясь всё бледнее и бледнее. Потом и небо и море сделались немного ярче, и вот по земле и по водам разлился нежный румянец и все маленькие облачка на небе стали совершенно розовыми. Король Амор улыбнулся, потому что в кронах деревьев и зарослях кустов уже слышались птичьи голоса и что-то ослепительно-золотое поднималось из-за края океана, рассыпая по волнам сверкающие блики. Оно поднималось всё выше и выше и сделалось таким ярким и чудесным, что он невольно вскинул ручку и радостно вскрикнул. Но в следующее мгновение ему пришлось отпрянуть назад, потому что рядом раздался громкий шум и мощное хлопанье крыльев — то снявшийся с соседней скалы орёл воспарил в сияющие утренние небеса.

— Это орёл, наш сосед, — сказал Старейший. — Он проснулся и полетел приветствовать солнце.

Маленький Король сидел словно завороженный, и, когда из слепящего блеска на краю мира выскочил шар из живого золота и огня, ему уже не надо было объяснять, что взошло солнце.

— Так оно появляется каждый день на рассвете, — сказал Старейший. — Давай смотреть вместе, и я кое-что расскажу тебе о нём.

Потом они сидели на стене и Старейший рассказывал. Он рассказывал о маленьких зёрнышках, спрятанных в тёмной земле и ждущих, чтобы ласковое тепло солнца вызвало их к жизни — тогда они покроют вспаханные поля волнами пшеницы; рассказывал о семенах прекрасных цветов, согретых, пустившихся в рост и выбрасывающих каскады благоуханных соцветий; он рассказывал о корнях деревьев и о густом соке, который — разбуженный этим теплом — поднимается к ветвям и дарит им пышную листву, трепещущую на летнем ветерке; и рассказывал о мужчинах, женщинах и детях, радостно спешащих навстречу этому золотому чуду.

— И каждый день оно греет, каждый день зовёт, и пестует, и встречает новую жизнь. Но многие забывают об этом чуде. Когда идёшь, держи голову выше, юный Король, и не забывай смотреть вверх. Помни о солнце.

С тех пор они поднимались сюда каждое утро и вместе смотрели на чудо зарождающегося дня; а когда небо в первый раз за всё это время стало вдруг тяжёлым от туч и солнце не появилось из-за края мира, Старейший сказал ещё одно.

— Всё золото теперь там — за серым и лиловым занавесом. Это тучи отяжелели от мягкого дождя. Потом их прорвёт, и дождь обрушится на землю ливнями и великолепными грозами, и жаждущая земля выпьет его. И всё будет пить его — и семена, и корни, — и мир наполнится радостью и свежей жизнью, и забьют прозрачные родники, и ручьи побегут с весёлым лепетом через зелёную лесную сень. И для зверей на водопоях будет вдоволь свежей и чистой воды, и люди почувствуют себя обновлёнными и полными свежих сил. Когда идёшь, держи голову выше, юный Король, и не забывай смотреть вверх. Помни о тучах.

И слыша это каждый день, Король Амор хорошо усвоил, что такое солнце и туча, и полюбил их, и стал чувствовать себя их братом.

В тот день, когда ему довелось впервые увидеть грозу, Старейший снова взял его наверх, и вместе они смотрели, как тёмные тучи извергают на землю потоки воды, и как молния пронзает их пурпур своими ослепительными копьями, а гром бьёт и крушит какие-то невидимые глазу твердыни, и ветер ревёт вокруг замка на скале, и бьётся о его башни, и гнёт ветви самых могучих деревьев, и обволакивает землю пеленой дождя. Король Амор стоял прямо и невозмутимо, как маленький солдат, но на душе у него было неспокойно: он спрашивал себя, где прячутся все мелкие птички и где теперь орёл — в гнезде или улетел?

Пока бушевала гроза, Старейший стоял не шелохнувшись. В своем длинном сером плаще он казался ещё выше обычного, и его странные глаза были глубокими, как море. Наконец он сказал, спокойно и размеренно произнося слова:
— Это голос неведомой людям силы. И хотя она говорит, никто из людей ещё до конца её не понял. Внимай ей. Пусть душа твоя притихнет. Слушай, юный Король. Когда идёшь, держи голову выше и не забывай смотреть вверх. Не забывай о грозе.

И так Король научился любить грозу и целиком растворяться в ней, не ведая страха.

Но больше всего он радовался своим братьям-звёздам, и — может быть, оттого, что в первую ночь по рождении он, сам того не зная, приветствовал их, лежа на душистом мху под тёмно-синим небом, — они казались ему ближе всего на свете.

Каждую ясную ночь, пока он был ещё маленьким, Старейший брал его с собой на крепостную стену и оставлял засыпать под этими сверкающими мириадами, но вначале, не спуская его с рук, обходил кругом весь огромный замок или просто сидел с ним среди этой царственной тишины, иногда тихонько рассказывая о разных чудесных вещах, иногда же вовсе не произнося ни звука, а только глядя в высокое небо и прислушиваясь к звёздам, говорящим ему о вечном покое.

— Если глядеть на них долго, — говорил он, — то душа успокаивается и забывает обо всём мелочном. Они отвечают на все наши вопросы, подтверждая, что земля — лишь один из великого множества миров. Храни покой в своей душе и не забывай смотреть вверх — тогда тебе станет понятен их язык. Помни о звёздах.