Поиск

Приключения Робин Гуда Глава 18 Неожиданное появление Короля

Новый шериф Ноттингема стоял в центре своих апартаментов в замке, скептическое выражение его лица свидетельствовало о крайнем раздражении и неудовольствии.

Он быстро подошел к окну, посмотрел на раскинувшийся внизу город, на Шервудский лес.

Где-то среди деревьев жил Робин Гуд с бандой разбойников, и нового шерифа беспокоило, почему в течение стольких лет его покойный дядюшка – старый шериф – так и не смог поймать вождя преступников и его банду. Наверное, старик был слишком прост, что позволяло необразованным негодяям так часто обводить его вокруг пальца. Шериф даже умер, как считал его молодой преемник, по собственной глупости.

Молодой шериф хмыкнул от отвращения и позвонил в колокольчик, который стоял на столе.

Через несколько мгновений дверь в кабинет открылась, шериф быстро обернулся и заорал на писца:

– Ради Бога, пусть отсюда уберут и выбросят старые бумаги! Просмотрите их и затем займитесь неотложными делами. Похоже на то, что мой дядюшка все эти годы проспал в своем кабинете.

– Я немедленно займусь этим, сэр, – сказал писец, и начал быстро и небрежно собирать бумаги, чтобы улизнуть из комнаты прежде, чем новый шериф опять начнет придираться. Утром писец уже достаточно натерпелся от шерифа. Еще немного и он сбежал бы в Шервудский лес к Робин Гуду. Конечно, Робин Гуду и его разбойникам мог бы пригодиться человек, который умеет писать письма и считать.

Старый шериф был страшным ворчуном, а новый оказался холодным, злым и хитрым, и никто не знал, чего от него можно ждать. Пока он при власти, нельзя ожидать ничего хорошего ни в замке, ни вообще в округе.

Если шериф не прекратит принуждать своих подчиненных врать и будет наказывать их за то, чего они не совершали, когда-нибудь кто-нибудь вонзит нож в его подлое сердце.

Старый шериф гонял всех без разбора, ругался, приказывал беспричинно пороть людей и сам наблюдал за исполнением приговоров. А новый говорил мало и мог совершенно хладнокровно, с улыбкой на губах и ледяным взглядом, приказать повесить человека. Когда он заговаривал, прислуга замирала от страха.

Племянник покойного шерифа очень быстро стал самым ненавистным человеком в графстве и, казалось, что такая репутация доставляет ему удовольствие.

Шериф взял письмо, лежавшее на маленьком столике, и пробежал его мрачным взором. Оно было написано другом шерифа с юга страны, который предупреждал его о возвращении в Англию короля Ричарда, вот только никто не знал, куда он исчез после прибытия в Девер. В такой ситуации очень важно немедленно объявить народу Англии, что Ричард мертв, и провозгласить принца Джона королем. А когда Ричард найдется, его объявят самозванцем – очень похожим на Ричарда человеком, который захотел стать королем и добыть для себя английский трон.

В этот день принц Джон приехал в Ноттингем и отправился прямо в замок. Его немедленно провели в кабинет шерифа.

После обмена приветствиями шериф показал принцу обеспокоившее его письмо.

Принц Джон прочитал послание и приказал городскому крикуну собрать все население вечером на базарной площади, где он произнесет важную речь.

Потом он обратился к шерифу:

– Я тоже слышал, что мой брат вернулся в Англию, но не смог найти его. К сожалению, у него слишком много друзей, и он способен спрятаться в любом из сотен различных богатых домов. Если бы он выдал себя, мы бы решительно обошлись с ним, но этот человек хитер и играет со мной в кошки-мышки. Он как-будто выжидает, чтобы мы сделали первый шаг.

Принц Джон пообедал в задумчивости, после чего в сопровождении усиленной охраны отправился на базарную площадь. Там состоялось представление, за короткое время организованное для него шерифом.

Толпа на улице держалась тихо и настороженно, а когда принц появился на переполненной базарной площади и поднялся на специально сооруженный для этого случая помост, его поприветствовали лишь жидкими хлопками. Джон с яростью отметил про себя, что угрюмых лиц было значительно больше, чем радостных. Когда-нибудь он заставит жителей Ноттингема упасть перед ним на колени, но сейчас были задачи поважнее, чем усмирение населения непокорного города.

Он произнес речь, в которой заявил, что король Ричард мертв и что он, Джон, провозгласит себя королем в ближайшее время. Он надеялся на горячий прием, но реакция оказалась прохладной, чтобы не сказать больше. Он услышал лишь негромкие крики одобрения вместо всеобщего ликования и разразился бранью, разглядывая устремленные на него лица горожан.

Кто-то когда-то сказал, что нельзя арестовать всех жителей города, но только теперь Джон ясно понял это. Нельзя посадить всех в тюрьму, нельзя даже наказать поодиночке. Нужно, чтобы весь город застонал под его каблуком, но даже принц Джон понимал, что из-за такой политики он наживет много врагов.

Внезапно взгляд Джона остановился на женщине, стоявшей у помоста. Сердце Джона забилось, когда он узнал ее. Это была Марианна, жена Робин Гуда. Ее сопровождали две подруги. Он узнал Лорну, жену Алана-а-Дейля, а также Беатрису, жену Джорджа-а-Грина. От волнения он чуть не задохнулся.

Принц Джон прошептал что-то на ухо шерифу, тот согласно кивнул.

Они приказали отвести своих лошадей в замок, сказав, что решили пройтись без охраны.

Потом двое мужчин сошли с тыльной стороны с помоста, накинули большие плащи и глубоко надвинули на лица широкополые шляпы. Они обошли вокруг помоста и смешались с толпой.

Марианна с подругами исчезла, и на несколько минут Джон засомневался в реальности своего плана. Потом он заметил их в толпе и начал быстро пробираться туда.

Операция, которую они задумали, оказалась более сложной, нежели представляли принц Джон и шериф. Когда они увидели трех женщин, спешащих по узкой улице, появилось новое препятствие. Несколько человек в длинных коричневых плащах с красными веревочными поясами все время шли за принцем и шерифом, и, как бы они ни старались оторваться, коричневые фигуры не отставали.

Когда они очутились в Шервудском лесу, следить стало значительно сложнее. Но продираясь сквозь заросли, они все-таки умудрялись не терять из виду женщин, а уверенность в том, что их никто не видит, придавала им новые силы. Люди в коричневом шли за женщинами слишком близко, что делало план принца почти неосуществимым.

Только тогда, когда женщины начали собирать ягоды, принц Джон вновь поверил в успех. Они зашли далеко в лес, заросли стали более густыми и обильными. Мужчины в коричневых плащах несколько поотстали, помогая собирать ягоды, и именно в этот момент удача улыбнулась принцу.

Пробираясь сквозь кусты, он чуть не упал в прикрытую ветками яму, которая, судя по всему, служила ловушкой для дикого кабана. Шервудские обитатели, должно быть, загоняли в нее кабанов, после чего убивали их стрелами.

Джон внимательно осмотрел яму, его жестокие губы скривились в улыбке.

В этот момент Марианна вышла из-за куста в нескольких ярдах от них. Джон тихо поднялся и подкрался сзади. Одной рукой он зажал ей рот, другой обхватил за талию и потащил назад. Она отбивалась, как сумасшедшая, но шериф помог Джону удержать ее. Вместе они затянули ее в ловушку для кабана, где все трое спрятались, укрывшись ветками, маскировавшими яму.

Марианне удалось вырваться, она выхватила кинжал из-за пояса принца Джона и, метнув его в принца, попала в левую руку, тем самьм пригвоздив ее к земле.

Джон завопил от боли и гнева, Марианна сумела выкарабкаться из ямы и убежать в лес.

От злости Джон забыл о боли и кровоточащей ране. Он выбрался из ямы и кинулся за ней. Шериф следовал по пятам.

Марианна мчалась по лесу с ловкостью лани, но удача покинула ее. Нога неожиданно застряла в корневище дерева, и она упала на землю.

Принц Джон догнал ее и приподнял, чтобы силой заставить раскрыть местонахождение лагеря, как вдруг она снова напугала его. На этот раз ножом, который вытащила из ножен, прикрепленных к поясу.

– Ах ты, маленькая кошка! – закричал принц Джон. Его голос срывался от ярости. – Я убью тебя!

– Хорошо, убей меня, – вскакивая на ноги, ответила Марианна. – Дай мне меч шерифа, и я сражусь с тобой насмерть, принц Джон.

Мужчины рассмеялись, шериф вытащил меч и с саркастической ухмылкой подал его ей.

Она взяла меч и сделала пару пробных выпадов. Это заставило шерифа отпрянуть, но он опоздал на какую-то секунду, и Марианна глубоко поранила его в левую щеку, оставив шрам на всю жизнь. Эта рана так никогда и не зажила до конца. Кровь полилась по лицу, груди, ею пропиталась одежда, приняв отвратительный ярко-красный оттенок. Шериф вытащил платок из кармана и попытался остановить кровотечение.

Марианна звонко рассмеялась и переключила внимание на принца Джона.

Она танцевала перед ним, легкая, как перышко, и только ее быстрота и прыгучесть помогали женщине избежать серьезных ранений. Но через какое-то время она начала уставать и, конечно, не могла справиться с превосходящим по силе и выносливости и прекрасно владеющим мечом мужчиной. Она нанесла ему пару небольших ран и, прежде чем потеряла последние силы, тоже получила легкое ранение.

Поединок закончился на удивление странно и драматически.

Из-за деревьев появилась огромная фигура в одежде монаха, и голос, отозвавшийся эхом в лесу, прокричал:

– Стыдись, Джон, ты дерешься с женщиной! Тебе должно быть неловко за такую трусость.

Принц Джон на мгновение перестал драться и удивленно уставился на человека, который посмел так дерзко говорить с ним. Он замешкался, и Марианна успела выбить меч у него из рук. Он упал к ногам Робин Гуда, который появился из-за деревьев в сопровождении небольшого отряда.

Принц Джон и шериф с удовольствием атаковали бы пришедших, но совершенно безоружный, без меча и кинжала, Джон безнадежно поднял руки.

Из пораненной Марианной руки текла кровь. Он ослабел и от ее потери, и от пережитого шока.

Голос монаха показался знакомым, слишком знакомым. Джон чуть не упал в обморок, осознав, что все надежды, мечты и амбиции тают, как снег в солнечный весенний день.

– Прекрати безобразие, Джон! – прокричал монах. – Становись на колени и кайся.

На поляне установилось напряженное молчание, все взгляды были обращены на принца Джона. Он побледнел и вытаращил глаза от ужаса.

– На колени, я говорю! – кричал монах. – Не спорь! Преклони колени перед тем, кто выше тебя, принц.

Не в состоянии больше стоять, Джон упал на колени и поднял глаза на человека, который возвышался над ним.

Монах скинул одеяние и остался в черных доспехах. Потом поднял руки и снял шлем, чтобы впервые показать свое лицо.

Все присутствующие опустились на колени, а Робин Гуд почувствовал, как по его загорелым щекам потекли слезы.

Глотая слова от волнения, он сказал:

– Ричард. Король Ричард. Ричард Львиное Сердце.

В этот момент принц Джон упал в обморок.