Поиск

Орден Жёлтого Дятла Часть 7. Перо попугая Глава 9

Советник.

А тем временем донна Бента в кухне разговаривала с тетушкой Настасией:

— Что это означает? — говорила она. — Дети вчера пошли спать раньше обычного, я сразу подумала, что неспроста. А сегодня утром, когда я проснулась, их уж и след простыл. Даже кофе не пили! И где их, чертенят, носит?!

Старая негритянка жарила рыбу и ответила, не оборачиваясь:

— Эти ребята еще такого натворят, что не открестишься… Верно, опять какие-нибудь сказки, короли да принцессы… А вы не расстраивайтесь, сеньора: проголодаются, так всех королей позабудут и как нагрянут, так им хоть целое ведро рыбы нажарь, еще попросят!… А это ламбари — рыбка речная, нежная… Так что не беспокойтесь, придут.

— Верно, — согласилась донна Бента, — только голод и может их в дом загнать…

Часы пробили шесть…

— Ой, как поздно, Настасия! — сказала донна Бента испуганно. -Боюсь, не случилось ли с ними что-нибудь…

И она пошла на веранду, села и стала смотреть на дорогу.

Через несколько минут вдали показалось облако пыли.

— Там какой-то всадник! — сказала донна Бента, всматриваясь. -Настасия, пойдите-ка сюда, у вас зрение лучше, посмотрите… Вы не видите, кто там едет?

Негритянка пришла из кухни с деревянной ложкой в руках и тоже стала всматриваться в дорогу.

— Это они, сеньора. Все как есть на осле на каком-то… Ей-богу! Прямо колдовство, господи прости…

Осел прискакал галопом и остановился. На нем гроздью сидели: посредине — Перышко, держа за руку графа; позади него — Носишка с Эмилией в кармане; а впереди всех — Педриньо.

Все спрыгнули на землю и направились к веранде.

— Вот чудеса-то! — пробормотала тетушка Настасия. — Поглядите, сеньора, граф висит в воздухе, а над ним — перо попугая… Приметили?

— Добрый вечер, бабушка! — закричала Носишка еще на первой ступеньке крыльца. — Вот и мы! А какие у нас приключения!…

— Вижу, вижу, — проворчала донна Бента, стараясь сделать сердитый голос, хотя была страшно рада, что ничего не случилось. — Но что у вас с графом, почему он в воздухе висит и над ним перо какое-то?

Дети расхохотались:

— Можешь хоть целый век думать, бабушка, и все-таки не отгадаешь… А ну попробуй, отгадай…

Донна Бента смотрела-смотрела, думала-думала… Глянула на тетушку Настасию…

— Не могу, — сказала она, — лучше сами скажите.

— Это Перышко! — -взвизгнула Эмилия в восторге. Донна Бента все равно ничего не поняла.

— Это Перышко несет графа! — еще громче взвизгнула Эмилия.

Донна Бента посмотрела на тетушку Настасию, но та стояла раскрывши рот… Обе старушки ровно ничего не могли понять. Тут Носишка над ними сжалилась и рассказала всю историю мальчиканевидимки и про то, как он их возил в Страну Басен.

— Он несет графа, но так как он невидим, то вы видите только графа… Понятно?

Обе старушки только еще шире открыли рот, неотрывно глядя на перышко. И вдруг перышко плавно опустилось и легло на землю.

— Возьми свое перо, Эмилия, — раздался голос. — До свиданья все. Я еще вернусь…

— Перышко, куда же ты? — воскликнули разом Педриньо, Эмилия и Носишка.

— Будьте счастливы… — раздалось издалека. Носишка и Эмилия, наверно бы, заплакали, но в эту минуту на дворе закричал осел. Все повернули головы.

— Чей осел-то? — спросила тетушка Настасия.

— Ничей, — отвечал Педриньо. — Наш. Мы его от тигра спасли, и он теперь наш друг. Он сюда жить приехал. Насовсем.

— Он выносливый? — спросила донна Бента.

— Это что, бабушка! Он говорящий!

Глаза тетушки Настасии, и без того широко открытые, открылись еще шире, а рот сделался такой, что апельсин целиком поместится. Говорящий осел?! Нет, знаете, это уж слишком…

— Да так ли оно, сеньора? Вы верите?

— Да это ж советник! — воскликнула Эмилия. — Он на совете зверей такую речь произнес — заслушаешься!

— Ну, дайте советнику воды и покормите его, Настасия, — сказала донна Бента. — Мы так его и будем называть — Советник.

Старая негритянка повиновалась. Она принесла еду, налила в плошку воды из кувшина, но подойти к ослу никак не решалась.

— Да я боюсь, сеньора! — сказала она, взглянув на донну Бенту. -Если он мне чего скажет, так я упаду со страху…

— Ну, не глупите! Кажется, у него хороший характер, — только и услыхала она в ответ.

Тогда старая негритянка сошла с крыльца, сделала два шага и остановилась. Она поставила тарелку тут же у крыльца, на подстилочку, рядом -плошку с водой, сказала:

— Ну, как хотите, дальше я не пойду. Он, если хочет, может подойти сюда… — отступила несколько шагов и замерла: что теперь будет?…

Осел счел вполне естественным, что старушка боится. Он медленно приблизился, все съел, выпил всю воду — вкусная вода, холодная… Но он был хорошего воспитания и потому, облизнувшись, повернулся к тетушке Настасии:

— Спасибо, тетя. Бог вам за это заплатит, — сказал осел, правда тихо, но вполне отчетливо.

— На помощь, сеньора! — завопила бедная негритянка. — И впрямь говорит, нечистая сила!

И опрометью бросилась в кухню, перекрестившись раз, наверно, двадцать, не меньше.

Однако такое положение длилось недолго. Тетушка Настасия вскоре потеряла всякий страх и очень подружилась с говорящим ослом. Она за ним ухаживала, давала ему маис и воду, каждую неделю чистила его скребницей. А ослик все благодарил. Он вообще был тихий, хорошо воспитанный. Когда дети на нем катались, так, если кому-нибудь трудно было сразу взобраться, он говорил своим мирным голосом говорящего животного:

— Погодите, вон там пенек, он послужит вместо стула.

Носишка часто, засунув Эмилию в карман, каталась на ослике. Педриньо с графом тоже иногда катались: Педриньо верхом, а графа привязывали к гриве.

Донна Бента с большим интересом выслушала историю путешествия в Страну Басен. Особенно ее интересовал сеньор Лафонтен, басни которого она читала по-французски. Она всегда была большой поклонницей знаменитого баснописца и считала его замечательным писателем.

— Просто жалею, что не поехала с вами, — сказала она. — Беседа с сеньором Лафонтеном была бы утешением моей старости.