Поиск

Динка Часть 2 Глава 85 Время ехать — Валентина Осеева

Над городской квартирой Арсеньевых нависла черная туча.

– Мама, уже пять часов! – волновалась Алина.

– Ничего. Мы можем выехать в половине шестого, – стараясь казаться спокойной, отвечала мать.

Все вещи были сложены и сданы в багаж. Кулеша, сидя верхом на стуле, держал на ладони часы… Марина уже расплатилась с хозяином, попрощалась с дворником Герасимом… Никич пошел за извозчиками.

– Мама, вдруг дедушка Никич не найдет извозчиков! – нервничала Алина.

– Извозчики на каждом углу, – сухо отвечала ей мать. Алина, ломая руки, ходила из угла в угол, в глазах ее стояли слезы. Притихшая Мышка, утонув в своем роскошном плаще, молча сидела в уголке дивана. Из-под клетчатого картузика с низко надвинутым на лоб блестящим козырьком серые глаза ее тревожно переводили взгляд с матери на Алину, с Алины на сидевшего с часами Кулешу…

Динка, как затравленный зверек, металась по коридору, выбегала на крыльцо и жалобно звала:

– Лень! Лень!

Сердце Марины больно сжималось от ее крика.

«Что делать? Лени нет… Он уже не приедет», – в отчаянии думала она, бесцельно бродя по комнате и делая вид, что ей необходимо собрать какие-то мелочи.

– Вы все еще ждете? – тихо спросил ее Кулеша.

– Я буду ждать до последней возможности.

Кулеша выразительно показал на часы:

– Это уже недолго…

На дворе зацокали копыта лошадей.

– Мама! Это извозчики! Давайте выходить! – закричала Алина. Никич быстрыми шажками пробежал в комнату и взял чемодан. Кулеша помог ему вынести вещи и, подойдя к Марине, серьезно сказал:

– Время ехать. Вы можете опоздать.

– Еще пять минут, – нервно ответила Марина. – Я должна ее уговорить…

Она поискала глазами Динку, но девочка, увидев извозчиков, спряталась за дверьми кухни и, присев на пол, крепко-накрепко привязала веревкой свою ногу к ножке стула. Чутко прислушиваясь к голосам взрослых, она испуганно смотрела на коридор, по которому выносили вещи.

А между взрослыми шел взволнованный спор, прерываемый рыданиями Алины.

– Это ребенок! Надо просто взять ее на руки и вынести к извозчику! – сердито говорил Никич.

– Конечно, мы сильнее, нам ничего не стоит схватить ее, потащить… Но я не могу допустить такое насилие! – волновалась Марина. – Я прошу у вас пять минут… Я скажу ей, почему мы не можем остаться…

Она быстрыми шагами пробежала по коридору, заглянула в кухню. Динка, увидев ее, закрыла лицо руками и разразилась громким плачем.

– Динка! Голубка моя! Послушай… – Марина опустилась на пол и, пробуя разнять ее руки, умоляюще зашептала: – Послушай, послушай меня…

– Нет! Нет! Я буду ждать! Я не поеду! – со слезами кричала Динка.

– Кулеша! – в отчаянии позвала мать. Но входная дверь стремительно хлопнула, и в коридор влетел Ленька.

– Макака!..

– Леня! Ленечка! – радостно вскрикнула Мышка.

– Леня! Леня! – подхватила Алина.

Динка рванулась к двери, стул с грохотом покатился за ней.

Ленька, запыхавшись, остановился на пороге:

– Макака!..

Динка, подпрыгнув на одной ноге, с плачем повисла у него на шее.

Марина растерянно смотрела на опрокинутый стул и затянутую в несколько узлов веревку на Динкиной ноге.

– Ах, боже мой… – простонала она. – Леня! Скорей отвяжи ее и сажай на извозчика! Выходите! Вот Мышка… Алина, мы едем! – закричала она, выбегая в коридор.

Ленька достал из кармана ножик и, разрезав веревку, хмуро спросил:

– Кто тебя?..

– Сама… я сама… чтоб не увезли… – всхлипывая, ответила Динка.

– Пошли! Пошли! – кричал со двора Кулеша.

Ленька схватил за руку Динку.

– Пойдем, Мыша… – ласково сказал он, кивая головой Мышке.

– Я не Мыша, а Мышка, – кротко улыбаясь, поправила его девочка.

Динка громко засмеялась.

– «Мыша, Мыша»! – передразнила она, подталкивая сестру.

– Леня, чего она… – пожаловалась Мышка, отмахиваясь от приставшей к ней Динки.

– Макака, не балуй! На́ вот тебе… – Ленька сунул девочке сверток с сапожками. – Иди, иди! Потом поглядишь! Как в поезд погрузимся, так и поглядишь!

Динка, подпрыгивая, побежала вперед. Ленька усадил обеих девочек на извозчика и вернулся. Увидев ослабевшую от слез Алину, он тихо сказал:

– Ишь как наревелась! Держись вот за меня. Пойдем! – И, осторожно взяв ее за плечи, повел к извозчику.

За ними вышла Марина. Кулеша и Никич заперли двери. Дворник взял ключи.

– Подождите! Я забыла сумочку! – крикнула вдруг Марина.

– Ну вот! Все не слава богу… – заворчал Никич, пропуская ее в дом.

Ленька, усадив девочек, стоял около извозчика.

– Я поеду на облучке. Извозчик, подвиньтесь! – сказала вдруг Динка.

– Это неприлично! – напала на нее Алина. – И потом, ты изомнешь свой плащ.

Сестры заспорили.

– Хватит вам! Вон мать идет! Макака, сядь на свое место. А ты, Алина, молчи! Помни себя! – строго сказал Ленька, стаскивая Динку с облучка.

Обе замолчали. Но через минуту Алина снова сделала замечание, на этот раз Мышке.

– Да замолчи ты!.. Что тебе, больше всех надо? – с укором сказал Ленька.

Алина пожала плечами и отвернулась.

– Ну, тогда распоряжайся сам, – неуверенно сказала она.

– Поехали, поехали! – подходя к извозчику и усаживаясь рядом с детьми, сказала Марина. – Леня, садись с Никичем и Кулешей!

– Нет… – рванулась было Динка, но мальчик погрозил ей пальцем и побежал к другому извозчику. По дороге Кулеша сказал:

– Привет тебе, Леня, от Степана!

– Он вышел? – обрадовался Ленька.

– Конечно. Держали, держали, но улик-то ведь нет! Улики все в бубликах спрятались! – весело подмигнув мальчику, сострил Кулеша.

Оба расхохотались. А Никич озабоченно сказал:

– Смех смехом, а вот не опоздать бы к поезду!..

– Не опоздаем! – сказал Кулеша. – Я все часы перевел на двадцать минут вперед. Это совершенно необходимо, когда едут женщины и дети!

На вокзал приехали к первому звонку. Суетились. Наскоро забрасывали в купе картонки, чемоданы. Марина, открыв окно, давала последние наставления Никичу:

– Скажите Лине и Малайке, что как только мы устроимся, то сейчас же выпишем их к себе. Скажите Олегу, чтоб не беспокоился. Я напишу ему…

Никич стоял на перроне и махал рукой детям. Кулеша делал какие-то гримасы Динке; девочка смеялась.

Наконец поезд двинулся. Марина прислонилась к окну и закрыла глаза.

– Не тревожьте ее… – тихо сказал девочкам Ленька.