Поиск

Динка Часть 2 Глава 60 На городскую квартиру — Валентина Осеева

На другой день, сидя на утесе, Ленька тихо и взволнованно передавал Динке все события этой страшной ночи. Динка слушала, широко раскрыв глаза:

– А как же я проспала! Как же я не слышала ничего! Я только утром проснулась, когда мама поила Никича чаем… Я думала, что Никич заболел, потому что мама и Катя все упрашивали его лечь в комнате, а потом ходили в палатку и натирали Никичу спину скипидаром с салом, – морща нос, рассказывала Динка.

– Продрог он. Мы назад ехали, дак волны уже потише были и дождь перестал, но ведь мокрые обое до нитки… Пока гребли, еще ничего, только руки в плечах как обломал кто… Устал он, Никич-то. Вылезли на берег, руки у него трясутся, весь синий, никак лодку привязать не мог. Я сам привязал и замок замкнул… Хорошо, никого из рыбаков не было… – ежась, вспоминал Ленька и тут же, широко улыбаясь, радостно добавлял: – Убег мой дядя Коля!.. Кони как птицы! Так подхватили и понесли! А кучер-то знаешь кто был? – Ленька наклонился к уху девочки. – Сдается мне, ваш дядя Олег… Я его по всей повадке узнал…

– Наверное… – задумчиво сказала Динка. – Они ведь все заодно. А лошади такие, как птицы, наверное, из графской конюшни. Я их видела летом… А только куда же мама с Катей поехали? И Алину с собой взяли… И амазонки свои взяли…

– А кто это – амазонки? – удивленно спросил Ленька.

– Это такая одежа, вроде длинного платья, чтоб верхом кататься. Они сказали, что едут к дяде Леке на пикник. А меня не взяли и Мышку не взяли… Я бы прицепилась, конечно, но мне без тебя не очень хотелось, и Мышка осталась ухаживать за Никичем…

– Это что-то не зря… – задумчиво заключил Ленька и, вдруг побледнев, испуганно огляделся вокруг. – Когда б этот предатель Меркурий остался живой, не уйти бы дяде Коле… – прошептал он словно про себя.

– Постой… а куда он делся? – держа его за рукав, спросила Динка.

Ленька посмотрел на нее мрачными потемневшими глазами.

– Убил я его… – тихо сказал он.

– Убил? – Глаза у Динки заблестели. – Сам, один, или с Костей?

Ленька прерывистым шепотом стал рассказывать то, что вначале хотел обязательно скрыть. Но душа его, отягощенная совершенным поступком, требовала облегчения и сочувствия подруги.

– Сбросил я его, понимаешь? Человека убил! – с ужасом в глазах добавил он хриплым шепотом.

– Какого человека? Это же был предатель. Его так и надо… – убежденно сказала Динка и, вскочив, рванулась к краю пропасти.

– Стой, куда ты! – схватил ее за руку Ленька.

– Я посмотрю, где он, – вырвавшись, шепнула Динка и, подбежав к доске, осторожно заглянула вниз.

– Упадешь! – бросился за ней Ленька.

– Да не упаду… Нету его… Уплыл… – сообщила она, вставая, и вдруг серьезно сказала: – Такого гада и раки есть не будут!

Ленька с удивлением посмотрел на нее, и глаза его повеселели.

– А я знаешь как запугался… Впервые мне это случилось… Конечно, не человек он, а предатель, это ты правильно сказала. Теперь я и думать об нем не буду!

– Вот еще – думать! Ты молодец, Лень… Он бы, может, и Костю, и твоего дядю Колю выдал… Таких всегда убивать нужно! – деловито сказала Динка, разворачивая принесенный с собой из дому узелок. – Давай попьем чаю, Лень. Вот Линины пироги и мясо, что Катя нам на сегодня оставила. И сахар вот, и хлеб… – с удовольствием раскладывала она на камушке свое угощение.

Ленька, не евший ничего со вчерашнего обеда, весело сказал:

– А чай у меня в котелке горячий! Я все кипяток пил тут…

Запивая горячим чаем Линины пироги, дети продолжали обсуждать события этой ночи.

– Вот еще что… Дядя Коля сказал про меня: это, говорит, Ленька Бублик! – захлебываясь от радости, рассказывал мальчик. – Позаботьтесь о нем, сказал он вашему Косте.

– Так и сказал, Лень? Так они все знают про тебя! Они непременно позаботятся! – обрадовалась Динка.

– Нет, я на это не надеюсь. Кому обо мне думать?! Вот, может, завтра или послезавтра мой капитан приедет. Я вчерась Миньку и Трошку просил сообщить в случае чего… Минькин отец – кассир, он все знает… А пока, может, у вас под забором поночую… Неохота мне тут на ночь оставаться! – с брезгливым чувством сказал Ленька.

Динка задумалась.

– Под забором холодно. Земля мокрая… Может, перед сном натереть тебя скипидаром с жиром, как Никича? Это против простуды, кажется…

– Ну, Никич старик, а я молодой. У меня свой жир небось… – махнул рукой Ленька.

Динка с сомнением поглядела на его торчащие лопатки и голую худую спину.

– Нет, Лень, у тебя одна гусиная кожа. Ты очень худой… Нельзя тебе ночевать под забором, ты и от скипидара не согреешься!

– Может, конечно, и дождь пойти. Под прикрытием бы лучше… Я и сейчас еще не согрелся со вчерашней ночи… Может, в город поехать, подработать что-нибудь да и около вокзала пошататься. Там таких много, бездомных… – соображал вслух мальчик.

– Нет! – строго сказала Динка. – Я знаю, где тебе ночевать! На нашей городской квартире, вот где! У мамы есть запасной ключ от черного хода, там только пройти через сарайчик – и уже дома! Никто тебя даже и не увидит! Только надо поехать, когда стемнеет. Сегодня мама поздно вернется, давай вместе поедем! Я дорогу хорошо знаю. Поедешь, Лень?

– Ну что ж! – согласился Ленька. – Мне бы это хорошо… Утром встану, заработаю что-нибудь на базаре и приеду! А там, глядишь, и пароход мой придет!

Посидев еще немножко и вволю наговорившись о событиях этой ночи, друзья пошли на пристань.

– Пароход «Надежда» придет послезавтра, один день будет тут разгружаться да нагружаться… – сообщил им Минька. – Отец сказал, что он потом аж до Казани пойдет.

– А далеко это? – спросила Динка, но никто из мальчиков не знал.

– Ладно! – махнул рукой Ленька. – Лишь бы взяли меня, а уж куда плыть – не наше дело!

Он думал теперь о том, что утес перестал быть его надежным убежищем и что в длинные осенние ночи негде приклонить ему голову… А Макака?.. Что ж Макака! Она в тепле. Подождет, поскучает… Что делать?

Под вечер, когда уже начинало смеркаться, Динка взяла потихоньку ключ от черного хода городской квартиры и выехала вместе с Ленькой в город.