Поиск

Сказка Жаб Жабыч Сковородкин Глава седьмая Жаб Жабыч нашёлся Успенский читать

Когда Владик вернулся домой из школы и увидел, что Жаб Жабыча нет дома, он поднял жуткий крик.
Он позвонил маме на работу, он позвонил папе на работу, он позвонил всем друзьям из класса. И скоро заработал целый спасательный штаб.
Папа первым делом пошел в милицию к инспектору лейтенанту Пистолетову и, запыхавшись, сказал:
- Что делать, гражданин начальник? Жаб Жабыч пропал. Наверное, его украли.
- Как что делать? - ответил инспектор. - Надо дать объявление в газету: "Так, мол, и так, пропал Суринамский Пип. Особые приметы: похож на огромный рюкзак с глазами. Нашедшего ожидает премия".
- Объявление нельзя, - сказал папа. - Его могут опять в институт забрать.
- В какой такой институт? - насторожился Иван Пистолетов.
- А в котором он учился, - поправился папа. - Он же у нас студент. А сейчас он бросил. Текучка заела.
"Ну и времена пошли, - подумал инспектор, - жабы учиться начали. А я никак в юридический техникум не поступлю. Меня тоже текучка заела".
И он строго сказал папе:
- Когда ваш Пип Пипыч найдется, обязательно оформите на него документы. Если он возобновит учебу, пусть ему выпишут студенческий билет.
Так что папа вышел из милиции ни с чем. Зато одноклассники Владика Люба Кукарекова, Женя Попов, его брат Федя Попов и особенно раскованный Леня Коблиц работали как профессиональные сыщики.
Первым делом они опросили всех соседей: не видел ли кто-нибудь чего-нибудь подозрительного. Многие видели подозрительного Толика Кукарекова. Его всегда все подозревали, больно он был жуликоватый. Видели, как он кого-то катал.
Ребята вышли на Толика и спросили:
- Ты не брал Жаб Жабыча?
- И не думал. Не знаю я никакого Жаб Жабыча.
- А почему у тебя спина в клею? Почему у тебя волосы склеены?
- Потому что я расклейщика афиш чуть не сбил. А он меня догнал.
Тут возник соседский мальчик - друг Витя Верхотурцев - и закричал:
- Врет он все! Я сам видел, как он вез Жаб Жабыча на мотороллере. Признавайся, куда ты его отвез?
- Откуда ты знаешь? - завозмущался Толик. - Ты же в это время должен быть в школе.
- А я диктант прогуливал! - ответил Витя.
- Молодец, - сказали ребята.
Они схватили Толика за руки-ноги, связали и занесли на участок к Владику, и Люба Кукарекова, его собственная сестра, сказала:
- Сейчас мы тебя пытать будем.
- А как? - поинтересовался Толик.
- Очень просто, - ответила Люба. - Мы будем твой мотороллер молотком на кусочки разбирать.
Она очень хорошо знала своего полупреступного брата. Мотороллер прикатили, и Толик сразу сломался:
- Я все скажу, я все скажу! Это все фотограф Стенькин, это он меня подучил.
- Где он сейчас?
- Кто?
- Жаб Жабыч, вот кто!
- На городском пляже у фотографа в сарайчике.
- Ребята, - сказала Люба Кукарекова, - вы пока его не отпускайте, а я на пляж съезжу. Я вам Жаб Жабыча привезу.
Вот как странно в жизни получается: у полупреступного брата была совсем не преступная, а даже очень отличная сестра.
Она села на пылесосный мотороллер и мигом приехала на городской пляж. Там она нашла сарайчик фотографа Стенькина, достала из-под сиденья инструмент и открыла дверцу сарая. На ее радость, на свет божий из темноты выковылял Жаб Жабыч. Люба так обрадовалась ему, что даже поцеловала его в противную мокрую морду.
- Садись, Жаб Жабыч, поехали.
- Куда? - спросил Жаб Жабыч.
- Домой, к Владику.
- Едем! - сказал Жаб Жабыч.
Он уселся на сиденье, и они огородами и закоулками через окраины города вернулись к коттеджу Устиновых.
Когда они приехали к ребятам, Владик спросил Жаб Жабыча:
- Слушай, ты ведь такой крепкий жаб, ты что, не мог разломать этот дурацкий сарайчик?
- Мог, - ответил Жаб Жабыч.
- Так что же ты не разломал?
- Они мне сказали: "Сиди тихо, не высовывайся. Война началась с Америкой. Все в сараях сидят". Я и поверил.