Поиск

Щелчок повесть для детей Лидия Чарская Часть II Глава XII

"Глубокоуважаемая Валентина Павловна! Надеюсь, вы не забыли вашего обещания привезти ко мне детей. Теперь, когда ваш Счастливчик вполне отправился после этого ужасного случая, я позволю себе напомнить о себе. Прошу вас приехать всем "домом" сегодня в мое "Тихое". Будут и ваши друзья Сливинские. Жду с нетерпением и очень прошу взять обоих "цыганят". Особенно Галю. Это необходимо для меня и для нее.

-- Скачу! Скачу! Меня нет! Уррра!

Ваша Натали Зараева".

Получив рано утром эти строки с прискакавшим из "Тихого" работником, Валентина Павловна глубоко задумалась над окончанием письма, подчеркнутым красными чернилами: "Особенно Галю. Это необходимо для меня и для нее".

-- Что бы это могло быть? -- думала старушка. Вокруг нее толпились дети, сгорая нетерпением узнать, что было в письме.

-- Едем! Едем в "Тихое"! Ура! Ура! Десять верст на лошадях едем! -- восторженными кликами вырвалось из маленькой, но шумной толпы, когда Валентина Павловна передала им приглашение.

-- Бабушка, милая! Позвольте мне быть распорядите­лем. Я живо улажу, кому как ехать, -- прыгая козленком вокруг бабушки, кричал Кира и, получив ее согласив, живо затараторил:

-- Мы запряжем большую коляску: вы, Аврора Васильевна, Ляля, Ами. Симочка и Галя поедете в ней. Шура на козлах. Мик-Мик, Ивась, Вася и я -- верхом. Мик-Мик на Чугунчике, Ивась на Разгуляе, Ваня на Скором, я на Ахил...

И вдруг Кира осекся...

Где же Ахилл?.. Тю-тю Ахилл! Как он мог забыть об этом? Непростительная рассеянность! Зачем огорчать Шуру, напоминая ему его вину, когда тот спас жизнь ему, Кире, и этим искупил все!..

Неловкое молчание воцарилось среди присутствующих. Всем стало не по себе.

Потупив глаза в землю, закусив губы, мрачный т бледный, стоял Орля в стороне от других. Слова Счаст­ливчика резнули его по сердцу.

"Нет, видно, не забудется моя вина", -- без слов го­ворило угрюмое лицо мальчика.

В одну минуту Счастливчик был подле него.

-- Шурик! Голубчик! Прости ты меня... Я не нароч­но... Ужаснейший я дурень, Шура... -- со слезами в го­лосе шептал чуткий мальчик.

-- Господа! О чем тут толковать? -- внезапно раздался бодрый голос доброго волшебника, Мик-Мика, сразу нарушивший своими веселыми нотками тяжелую минуту. -- Едем в двух экипажах: в одной коляске все, кого перечислил Счастливчик, кроме Симочки, в другой мои головорезы со мною, и Шура с нами... А Симочка поскачет, в заключение, единичным номером, верхом на палочке, за то, что кофе разлила на скатерть сегодня, утром.

-- Ха-ха-ха! Неправда! Это вы разлили, Мик-Мик. Ха-ха-ха! -- смеялась Симочка, а за нею и все дети.

-- Вам и ехать на палочке! Ха-ха-ха!

-- Ну, ладно, тогда Симочка на козлах.

-- Вот еще!

-- Господа! Не будем пререкаться. Золотое время уходит. Счастливчик, сбегай к Андрону, вели запрягать.

-- Галопом скачите, Счастливчик.