Поиск

Щелчок повесть для детей Лидия Чарская Часть II Глава VI

Чудный теплый августовский вечер. Широко раскрыты окна раевского дома. Ярко освещенные комнаты сплошь увиты гирляндами из зелени и цветов. Это мальчики с Мик-Миком встали до восхода солнца и украсили дом в честь Ляли.

Сама новорожденная, в новом платье, с перевитой лентой в длинной темной косе, ходит па своих костылях по комнатам и отдает последние распоряжения.

В восемь часов начнут съезжаться гости, а надо еще так много сделать до них.

Няня Степановна суетится у стола, приготовляя чай. Сколько тут разных вкусных вещей! Вазочки и тарелки наполнены фруктами, конфетами, всевозможным печень­ем и вареньем.

В саду развешаны фонарики для иллюминации. Очи­щено место для фейерверка и бенгальских огней. На большой лужайке перед домом разложен огромный кос­тер. Дальше несколько костров поменьше. Это для куче­ров, которые привезут помещичьих детей на Лилии вечер, на случай, если ночь будет холодна. Им поступили не­вдалеке и стол с угощением: с окороком, ветчиною, пиро­гами и пивом.

Валентина Павловна очень гостеприимная и заботли­вая хозяйка. Она печется обо всех.

Мальчики -- Кира, Ивась, Ваня и Аля давно оде­ты в одинаковые белые коломянковые (коломянка -- шерстяная домотканина) блузы.

У единственного из них -- Киры только имеется вели­колепный новенький форменный мундирчик с серебряным шитьем и блестящими пуговицами; у других его нет. Мундир стоит дорого, и бедные люди не могут сделать его своим детям.

Этого довольно, чтобы Счастливчик отказался наря­диться в мундир и остался, как все, в коломянковой блузе.

-- Господа, а где же Шура? -- неожиданно спросил кто-то у присутствующих.

-- Надо Галю спросить! Вон она бежит сюда. Галя, Галя! Где твой брат?

Маленькая Галя сегодня вся преобразилась. В наряд­ном светлом платьице, с тщательно расчесанными по плечам, вьющимися волосами, убранными старательны­ми руками Ляли, она кажется очень хорошенькой. Во­семь лет таборной жизни среди грязных и грубых цыган, в нищете и впроголодь, среди побоев и брани, совсем не оставили на ней следов.

-- Вы спрашиваете, где Орля?

Галя, единственная изо всех в доме, не может при­учиться называть брата непривычным ей именем Шуры.

-- Я не видела его! -- прибавляет Галя.

-- Шура! Шура! Где ты? -- несутся через несколь­ко минут призывные крики по всему дому.

Орля отлично слышит их, но не откликается.

Все эти праздничные приготовления, бальное настрое­ние, суета и нарядные костюмы не по нему. Он заранее смущается приезда гостей, чужого народа, танцев и му­зыки, которые начнутся через полчаса.

Он присел под окном в кустах сирени, не обращая внимания на то, что пачкает в сырой росистой траве свой новенький костюм, белые коломянковые штаны и блузу.

Еще за месяц до бала его и Галю учили танцевать. Monsieur Диро садился за рояль, Мик-Мик показывал "па", и они должны были кружиться по гладкому, скольз­кому паркету зала. И странное дело: в то время как Галя легко и свободно, с врожденной ей грацией проде­лывала эти па, точно всю свою жизнь училась танцам, он, Орля, не умел ступить ни шагу под музыку.

Сейчас Орля злился на весь мир безотчетной зло­бой и даже, чуть ли не впервые в жизни, злился и на Галю.

-- И чего радуется! Чего сияет! -- ворчал он себе под нос, выглядывая из своего убежища. -- Вырядилась чучелом и воображает, что барышня тоже... Подумаешь, как хорошо... И все с Алькой этим ледащим дружит... Ровно он ей брат, а не я... Ишь, вон опять закружилась с ним волчком по зале...

Орля вылез наполовину из своего убежища и впился глазами в окно.

Действительно, Аля Голубин кружился с Галей, по­вторяя с нею па вальса перед балом.

-- Галька! -- вне себя крикнул Орля. -- Поди-ка сюда!

Услыша голос любимого брата, девочка проворно оста­вила своего маленького кавалера и побежала к окну.

-- Ты здесь, Орля? Почему ты не идешь к нам?

-- Очень я тебе нужен! -- зашептал мальчик, вылезая из своей засады и подходя к окну. -- Ишь, ты, как обарилась с ними! Эх, Галька, не узнать тебя! Такая ли ты была? Ты меня, брата своего, разлюбила?

И Орля взял за руку сестренку.

-- Нет, нет, Орля, я все такая же и люблю тебя, бра­тик милый, больше всех в мире! А только и сама не знаю, почему-то мне кажется порою, что все жила я в гос­подском доме, всегда прыгала и танцевала в нарядных комнатах, всегда хорошо одевалась и вкусно кушала на хорошей посуде... Оттого я так хорошо, свободно чувст­вую себя здесь...

-- И все-то ты врешь! -- резко оборвал сестру маль­чик. -- Жила ты в таборе и черствый хлеб глодала.

-- А раньше, Орля, а раньше?..

Синие глаза Гальки широко раскрылись. Она точно силилась припомнить что-то и не могла.

-- Гости едут! Гости едут! -- послышались веселые голоса из окон гостиной.

-- Галя! Галя! Иди скорее! Мы сейчас представим тебя нашим гостям.

И, весело улыбаясь, Кира подбежал к окну, схватил за руку девочку и увлек ее за собою.

Орля одним прыжком отпрянул от окна в кусты и притаился там, не спуская, однако, глаз с освещенных окон залы. Его мятежное сердечко снова забило трево­гу. Он, казалось, совсем забыл данное Ляле обещание.

-- И Гальку-то отняли! И Гальку! -- шептал он, и кулаки его сжимались, а черные глазенки разгорались снова недобрым огнем.