Поиск

Орден Жёлтого Дятла Часть 5. Брат Буратино Глава 6

Чудеса.

Покуда там, у дороги, Педриньо обдумывал план мести коварной кукле, Носишка решила пойти прогуляться по саду: она часто гуляла так в мягкие летние вечера, и всегда со своей маленькой подругой. Сегодня, однако, Эмилия что-то закапризничала.

— Сегодня я не могу, — сказала она: — я даю уроки лошадке, бедняжка даже алфавита не знает, совсем неграмотна, ужас!

Носишка не любила гулять одна и стала искать себе компанию. Но никого поблизости не было. Единственный, кто попался ей на глаза, когда она грустно обвела взглядом комнату, был злосчастный брат Буратино, которого Педриньо в сердцах забросил на шкаф.

— Бедненький! — вздохнула Носишка. — Потому что он такой уродец и не живой совсем, так никто с ним не играет. Возьму его погулять. Может, речной воздух будет ему полезен для здоровья.

И, сбросив нелепого человечка метлой со шкафа, Носишка подхватила его за скрюченную ручонку и отправилась с ним в сад, к берегу ручья, где росло ее любимое старое дерево инга, с корнями, вылезающими из земли. Она села на «свой корень» (был еще «корень Педриньо» и «корень графа»), прислонила голову к стволу и зажмурила глаза, потому что когда зажмуришь глаза, то все вокруг кажется таким волшебно-прекрасным! Из всех мест в округе это место нравилось ей больше всего. Здесь она любила сидеть, думать о будущем, строить планы…

Солнце тихонько падало за горизонт («горизонтом» назывался холмик, за которым по вечерам любило прятаться солнце), и последние его лучики спустились на берег поиграть перед сном в «зажгисьпогасни» со струйками ручья. Время от времени рыбка ламбари, выпрыгнув из воды, серебряной спинкой разрезала тихий воздух.

И вдруг Носишке показалось, что кто-то зевнул, сладко так: «А-аа…» Она взглянула… Это Представь Себе медленно потягивался, раскинув короткие ручки, как существо, просыпающееся от глубокого сна.

Найдя, что это вполне естественно, Носишка только сказала:

— Ну, наконец-то! Я была уверена, что речной воздух тебе поможет и ты изменишься.

— Я всегда один и тот же, — отвечал деревянный человечек, — я никогда не меняюсь. Это вы, люди, меняетесь. Это ты сама изменилась, Носишка.

— Как так? — нахмурилась девочка. — Я такая же, как всегда…

— Это тебе только так кажется. Ты настолько изменилась, что понимаешь мой язык и сейчас увидишь то, что всегда существовало в этом месте и чего ты никогда не видела… Взгляни туда…

Девочка посмотрела в том направлении, куда указывал ее новый друг, и действительно увидела целую толпу крохотных милых существ в тончайших легких плащиках, пляшущую между деревьями сада.

— Это души листьев, — сказал Представь Себе, — и, когда все засыпают, они выходят вот так плясать под луной…

В эту секунду послышалась тихая веселая песенка.

— Взгляни вон туда! — сказал Представь Себе. Носишка взглянула и замерла: там, невдалеке, на кругленькой поляночке, маленькая черепаха играла на дудке, залихватски притопывая в такт музыке.

— Какая прелесть! — тихонько сказала Носишка. Она сказала это очень тихонько, но музыкантша ее все же услышала и — увы! — шмыгнула в кусты. Она так испугалась, что даже обронила дудочку.

Носишка подняла дудочку. Это была тоненькая глиняная трубочка, из каких делают свои гнезда лесные осы, называемые в народе «сеньоры Инасиньи». На задней стене дома донны Бенты тоже было такое осиное гнездо.

— Вот здорово! — вскричала Носишка. — Теперь дудочка будет моя!

Но какая жалость! — она так сильно сжала дудочку, что та переломилась и из нее вылетели «сеньоры Инасиньи» и разлетелись в разные стороны. Только одна осталась: Носишка успела зажать ее меж пальцев.

— Какая странная оса! — сказала она, внимательно рассматривая пленницу. — Похожа на нашу соседку Инасинью. Такая же злая, наверно…

Представь Себе приблизился и взглянул.

— Я узнаю эту осу, — сказал он, — когда бревно, из которого меня сделали, было еще живым деревом и каждый сентябрь, в разгар нашей бразильской весны, покрывалось душистыми цветами, я часто видел эту осу на наших ветках. Она тогда была совсем молоденькая.

— А теперь она выглядит злой старухой, — сказала Носишка.

Оса, видно, очень оскорбилась таким замечанием и, вырвавшись из рук Носишки, стала кружить вокруг ее лица, явно целясь в кончик знаменитого вздернутого носа…

— На помощь, Представь Себе! — крикнула Носишка и закрыла глаза: она знала, что лучший способ избежать опасности — это закрыть глаза, очень плотно, как полагается делать во сне, когда тебе снится, что ты падаешь в пропасть…

В один миг Представь Себе оказался между Носишкой и осой, готовый пожертвовать жизнью для защиты своей подруги. И, поскольку оружия у него не было, он выдернул из своей спины кривой гвоздь, которым его голова была прикреплена к туловищу, и бросился на осу. Но — о ужас! — при этом голова его упала с плеч, покатилась вниз по холму и — б-бум! — упала в воду. Оса очень испугалась, увидев, что на нее надвигается кто-то совсем без головы и с мечом в руке. Испугалась, загудела — дзумм! — и улетела куда-то в воздух.

— Готово? — спросила Носишка, все еще не решаясь открыть глаза.

Никто не ответил.

— Она еще здесь? — снова спросила Носишка.

Никто не ответил.

Тогда она приоткрыла глаза, хотя все еще очень боялась, и наконец открыла совсем. И так и вскрикнула от ужаса: деревянный человечек стоял в воинственной позе, с гвоздем в руке, но без головы.

— Что же это, Представь Себе? Куда ж ты девал голову?

Он не отвечал, конечно: как же он мог ответить, когда уши и рот остались на голове?…

— Что ж теперь будет? — сказала сама себе Носишка. — Одна, в таком месте, где водятся злые осы… Теперь, когда мой защитник потерял голову… Да я просто в опасности…

И вдруг она увидела, что вниз по течению плывет нечто вроде круглого плода кажу.

— Ах, вон она, голова! — сказала Носишка радостно. — Теперь уж я тебя починю, Жоан, мой родненький…

И она побежала вниз по холму. Борясь с волнами, она вытащила голову деревянного человечка и снова ловко приделала к туловищу, так что Представь Себе мог теперь спокойно рассказать о своей битве с осой.

Но в самом интересном месте рассказа кусты снова зашевелились, и…

— Закрой скорее глаза! — вскричал Представь Себе. — Кто знает, может быть, это опять осы или еще какие дикие звери…

Носишка крепко-крепко закрыла глаза, чтоб спастись… И спаслась…

Когда она снова открыла глаза, то увидела, что сидит в саду, на «своем корне», а на коленях у нее — Представь Себе, такой же неживой и немой, как прежде… Она встряхнула его, как встряхивают часы, которые внезапно остановились, но деревянный человечек не пошел… словно в нем лопнула пружинка.

— Как жалко! — пробормотала Носишка. — Я опять изменилась. Теперь я такая же, как обычно, и не вижу вокруг ничего особенного.

И она побежала домой, потому что день уже клонился к вечеру.

— Бабушка! — кричала она, взбегая на крыльцо. — Представь Себе был живой целый час и разговаривал со мной и показал мне чудесные вещи! И я видела души листьев, и как черепаха играла на дудке, и я сломала ее дудку, и из нее вылетели осы, и одна оса не…

— Остановись, остановись, деточка! — воскликнула донна Бента, затыкая уши. — Ты меня просто оглушила, и я абсолютно ничего не понимаю.

— …не улетела и хотела меня ужалить, и я закрыла глаза крепкокрепко, и Представь Себе вытащил гвоздь и убил ее, и она улетела, гадость эта, и Представь Себе потерял голову, и она покатилась по холму, и я…

— Перестань, слышишь! — рассердилась бабушка. — Пойди расскажи эту историю Педриньо, а меня оставь, пожалуйста, в покое.

Педриньо как раз возвращался из лесу, хмурый, надутый… Обманули, вокруг пальца обвели… И кто?… Педриньо обдумывал план мести. Носишка кинулась ему навстречу в крайнем возбуждении:

— Важные новости, Педриньо! Представь Себе был живой больше часу и проявил себя очень благородно, знаешь? У него характер гораздо лучше, чем у Буратино, не сравнить. Умней, во-первых, и потом — какой храбрый, какой верный друг!

Педриньо совершенно растерялся: как мог Представь Себе прожить целый час, если был сделан из ненастоящего говорящего дерева?

— Да жил же, я тебе говорю! — настаивала Носишка. — Но, чтобы увидеть его живым, надо обязательно измениться.

— В каком смысле?

— Да я сама не знаю, как тебе это объяснить. Я знаю только, что иногда люди изменяются, и тогда они видят тысячу чудесных вещей, которые всегда вокруг нас и которых мы не замечаем…

Эмилия, стоя в дверях веранды, слушала рассказ Носишки и удивлялась. Удивлялась все больше и больше и все шире раскрывала свои глаза -раскрывала, раскрывала, пока они — трр-рр — не лопнули.

Глаза у Эмилии были вышиты шелковыми нитками, и, когда она уж слишком удивлялась, с ними всегда случалось одно и то же — они лопались…