miloliza-logo

 

Глава шестая

в которой встречаются поросенок и перец

 

От уже минуты две стояла в нерешительности, разглядывая дом, как

вдруг из леса выбежал ливрейный лакей и изо всей мочи забарабанил в дверь.

(Алиса догадалась, что это ливрейный лакей, потому что на нем была

ливрея; судя же по лицу, это был просто карась.)

??? Ливрей сейчас уже почти никто не носит, хотя лакеи кое-где,

говорят, еще встречаются.

Дверь отворилась, и из дому вышел Швейцар, тоже в ливрее, с круглой

физиономией и выпученными, как у лягушки, глазами - точь-в-точь взрослый

головастик.

У обоих на головах были пудреные парики с длинными завитыми буклями.

Тут Алисе стало очень интересно; она подкралась немного поближе к дому и,

спрятавшись за кустом, приготовилась слушать и смотреть.

Лакей Карась начал с того, что вытащил из-под мышки огромный конверт

(чуть ли не больше его самого) и с важным видом вручил его Головастику.

- Герцогине,- величественно произнес он.- От Королевы. Приглашение

на вечерний крокет.

Швейцар-Головастик с тем же величественным видом повторил все слово

в слово, только немного не в том порядке:

- От Королевы. Герцогине. Приглашение на вечерний крокет.

Затем оба поклонились друг другу так низко, что их букли чуть не

перепутались. Алисе почему-то стало до того смешно, что пришлось ей опять

убежать подальше в лес, чтобы они не услышали, как она хохочет.

А когда она, вволю насмеявшись, вернулась на прежнее место и

отважилась снова выглянуть из-за куста. Карася уже не было, а Швейцар сидел

на земле у входа в дом и бессмысленно таращился на небо. Алиса робко подошла

к двери и постучалась.

- Стучать нет никакого смысла, барышня,- сказал Швейцар.- По двум

существенным причинам. Первое: я за дверью и вы за дверью, и вдобавок мы оба

снаружи. Второе: они там так шумят, что никто вашего стука не слышит. Не так

ли?

Действительно, из дому доносился невероятный шум: кто-то без

остановки ревел, кто-то (тоже без остановки) чихал и - мало того - то и дело

раздавался страшный треск и звон, словно там изо всех сил били посуду.

- Извините, а как же мне тогда попасть в дом? - спросила Алиса.

- Кое-какой смысл стучать мог бы еще быть,- продолжал Швейцар-

Головастик, не обращая ни малейшего внимания на вопрос Алисы,-если бы эта

дверь нас разделяла. Пример. Вы, барышня, находитесь в доме. Я нахожусь

здесь. Вы стучите. Я отворяю вам дверь. Вы выходите. И вот вы тоже снаружи.

Не так ли?

Все это время он не отрываясь глядел в небо, и Алиса решила, что он

ужасный невежа.

"Хотя, может быть, он не виноват,- тут же подумала она,- просто у

него глаза так устроены: сидят, честное слово, на самой макушке! Да, но хоть

на вопросы-то он мог бы отвечать!"

- Как же мне попасть в дом? - повторила она погромче.

- Возможно, я просижу здесь,- продолжал Швейцар,- до завтра...

В этот момент дверь дома отворилась, и большое блюдо полетело прямо

Швейцару в голову; ему сильно повезло - блюдо лишь слегка мазнуло его по

носу и, угодив в дерево, разлетелось вдребезги.

- ...или, возможно, до послезавтра,- продолжал Головастик как ни в

чем не бывало,- а может быть...

- КАК МНЕ ПОПАСТЬ В ДОМ? - повторила Алиса уже совсем громко.

- А кто сказал, что вы вообще должны попасть в дом, барышня? -

сказал Швейцар.- Начинать надо с этого вопроса, не так ли?

Так-то оно было, конечно, так, только Алиса не любила, когда с ней

так говорили.

- Прямо ужас, как вся эта живность любит спорить! - пробормотала она

себе под нос.- С ума сойти можно!

А Швейцар, судя по всему, решил, что настал самый подходящий момент,

чтобы вернуться к его любимой теме.

- Может быть, я так и буду сидеть здесь - день за днем... День ото

дня... Изо дня в день,- завел он.

- А что же мне делать? - спросила Алиса.

- Все, что хочешь! - ответил Швейцар-Головастик и начал что-то

насвистывать.

"Да что с ним говорить! - подумала отчаявшаяся Алиса.- Это просто

какой-то идиотик!"

Она решительно распахнула дверь и вошла. Дверь открывалась прямо в

большую кухню.

Там стоял дым коромыслом: посреди на трехногой табуретке сидела

Герцогиня и качала на коленях младенца; Повариха, согнувшись над плитой,

что-то помешивала в большой кастрюле. Алисе показалось, что там варится суп.

??? Хотел бы я знать, как Алиса догадалась, что это герцогиня?

Впрочем, в те времена герцогини встречались гораздо чаше, и Алисе, стало

быть, виднее.

"И-и-и-чхи! В этом - апчхи! - супе - чхи! - слишком много...

а-а-а-пчхерцу!" - с трудом подумала Алиса,- так она расчихалась в первую же

минуту, как вошла.

Перцу действительно было слишком много, если и не в супе, то во всей

кухне. Герцогиня и та чихала довольно регулярно; а младенец вообще не делал

перерывов: он либо чихал, либо ревел и переставал реветь только для того,

чтобы чихнуть... И наоборот. Во всей кухне не чихали только двое: сама

Повариха и большущий Кот - он лежал у печки и улыбался во весь рот.

- Скажите, пожалуйста,- начала Алиса нерешительно (она была

воспитанная девочка и потому не совсем уверена, прилично ли ей первой

заговаривать со старшими),- почему ваш кот так улыбается?

- Это Чеширский Кот,- сказала Герцогиня,- вот почему. Поросенок!

??? А ВЫ ЗНАЕТЕ, кто такой Чеширский Кот? Одни ученые говорят, что

на самом деле чеширский кот - это просто... сыр! В старину в Англии был

такой сорт сыра - в виде улыбающейся кошачьей головы. А другие уверяют, что

это - леопард, который был нарисован на вывеске трактира в Чешире (есть

такое место в Англии). По-моему. Кот все-таки больше похож на леопарда, чем

на сыр. Хотя я могу и ошибиться.

Последнее слово она выпалила с такой яростью, что Алиса так и

подскочила; но она тут же сообразила, что оно относится не к ней, а к

младенцу, и, собравшись с духом, снова заговорила:

- Я не знала, что Чеширские Коты должны улыбаться. По правде говоря,

я вообще не знала, что коты умеют улыбаться.

- Все они умеют,- сказала Герцогиня,- и большинство не упускает

случая!

- А я, представьте, ни одного такого не знала! - сказала Алиса

весьма светским тоном. В глубине души она была в восторге, что сумела

завязать такую интересную беседу с Герцогиней.

- Ты многого не знаешь,- категорически заявила Герцогиня,- это факт!

Такого рода замечание Алисе никак не могло понравиться, и ей сразу

захотелось поговорить о чем-нибудь совсем-совсем другом.

Но пока она старалась найти более привлекательный предмет для

беседы. Повариха сняла кастрюлю с плиты и, не теряя времени, взялась за

другое дело. А именно: она начала швырять всем чем ни попало в Герцогиню с

младенцем.

В первую очередь в них полетели кочерга, совок и щипцы для угля,

затем градом посыпались сковородки, тарелки, чашки.

Правда, Герцогиня, казалось, ничего не замечала, даже когда в нее

попадало кое-что, а ребеночек и без того так вопил, что никак нельзя было

понять, ушибли его или нет. Но Алиса была вне себя от ужаса.

- Пожалуйста, пожалуйста, перестаньте! - кричала она, прыгая на

месте от волнения.- Ой, вот сейчас прямо в наш дорогой носик! - Это

относилось к огромной сковороде, которая пролетела у ребеночка перед самым

носом и чуть-чуть не прихватила упомянутый нос с собой.

,- Если бы никто не совал носа в чужие дела,- проворчала Герцогиня,-

мир завертелся бы куда быстрей, чем сейчас.

- Ну и что же тут хорошего? - с готовностью подхватила Алиса,

обрадовавшись долгожданному случаю блеснуть своими познаниями.-

Представляете, какая бы началась путаница? Никто бы не знал, когда день,

когда ночь! Ведь тогда бы от вращения...

- Кстати, об отвращении! - сказала Герцогиня.- Отвратительных

девчонок казнят!

Алиса испуганно покосилась на Повариху, но, убедившись, что та,

пропустив этот ( намек мимо ушей, вновь деловито помешивает свой суп,

продолжала (правда, несколько сбивчиво):

- Я только хотела сказать, что если сейчас Земля совершает один

оборот за двадцать четыре часа... Или наоборот: двадцать четыре оборота за

час...

- Ах, не мучай меня, дорогая,- сказала Герцогиня,- цифры - это мое

слабое место!

И она снова принялась укачивать своего ребеночка, напевая нечто

вроде колыбельной и изо всех сил встряхивая бедняжку в конце каждой строчки:

Малютку сына - баю-бай!

Прижми покрепче к сердцу

И никогда не забывай

Задать ребенку перцу!

 

Баюкай сына своего

Хорошею дубиной -

Увидишь, будет у него

Характер голубиный!

 

ПРИПЕВ (Его дружно подхватили Повариха и младенец):

Уа-а! Уа-а! Уа-а!

А исполняя второй куплет этой странной колыбельной. Герцогиня так

свирепо подбрасывала младенца и несчастный малыш так отчаянно вопил, что

Алиса разобрала только половину слов:

Уж я-то деточку свою

Лелею, словно розу!

И я его - баю-баю,

Как Сидорову козу!

ПРИПЕВ

Уа-а! Уа-а! Уа-а!

- Держи! - крикнула Герцогиня Алисе и швырнула ей ребенка.- Можешь

понянчиться с ним, если хочешь. Я должна переодеться к вечернему крокету у

Королевы.

С этими словами она выбежала из кухни. Повариха запустила

сковородкой ей вдогонку, но немного промахнулась.

Алиса с трудом удержала малыша в руках. Он был какой-то странный.

Руки и ноги- торчали во все стороны. "Прямо как у морской звезды",-подумала

Алиса.

Бедный крошка пыхтел как паровоз, вырываясь от своей новой няньки.

Он то складывался вдвое, то опять весь растопыривался; Алисе долго не

удавалось взять его поудобнее.

Как только ей это удалось наконец (для чего пришлось завязать

ребеночка узлом и крепко держать за правое ухо и левую пятку, чтобы он не

мог развязаться), она вынесла его на свежий воздух.

"Придется взять малыша с собой,- подумала Алиса,- а то они его не

сегодня завтра укокошат!"

- Оставить его тут - это просто преступление!

Последнюю фразу она сказала вслух, и ребенок хрюкнул в ответ (чихать

он уже перестал).

- Не хрюкай,- сказала Алиса строго,- детям хрюкать неприлично, и

никто тебя не поймет!

Малыш опять хрюкнул, и Алиса встревоженно заглянула ему в лицо, не

понимая, что же это такое делается.

Нос у него, правда, был что-то уж очень курносый, больше похожий на

пятачок, чем на настоящий нос; да и глаза были что-то маловаты для

нормального ребенка, и вообще Алисе не очень понравился его вид.

"А все-таки, может быть, он просто хныкал?" - подумала добрая

девочка и опять заглянула ему в глаза - нет ли там слез.

Нет, слез не было и в помине.

- Смотри, мой дорогой,- строго сказала Алиса,- если ты решил вести

себя по-свински, я с тобой не буду водиться! Заруби себе на носу.

Бедный малыш опять хмыкнул (или хрюкнул, трудно было понять), и они

молча двинулись дальше.

Алиса начала уже обдумывать, что она будет с ним делать, когда

приведет его домой, как вдруг он снова хрюкнул, да так отчаянно, что она

опять в испуге поглядела на него. И на этот раз уже не оставалось никаких

сомнений; это был самый настоящий поросенок! Разумеется, было бы совершенно

нелепо тащить его дальше на руках; Алиса пустила малыша на землю и с

облегчением увидела, что он преспокойно затрусил куда-то в лес.

"Ну что ж, ничего,- подумала она,- ведь из него мог выйти очень

противный мальчишка. А так получился очень симпатичный поросенок!"

И Алиса стала вспоминать других знакомых детей, из которых могли бы

выйти развеликолепные поросята, и уже говорила про себя: "Вот бы только

узнать такое средство, чтобы превратить их...", как вдруг она вздрогнула и

остановилась.

В нескольких шагах от нее на ветке какого-то дерева сидел Чеширский

Кот.

Кот тоже заметил Алису и только улыбнулся.

"На вид он не злой",- подумала Алиса.

И правда, вид у Кота был добродушный; но только уж очень длинные и

когти и зубов полон рот - все это внушало почтение.

- Чеширский Мурлыка...- заговорила Алиса несмело - она не знала,

понравится ли ему такое обращение.

Кот в ответ улыбнулся еще шире.

"Значит, не сердится",- подумала Алиса и продолжала:

- Скажите, пожалуйста, куда мне отсюда идти?

- Это во многом зависит от того, куда ты хочешь прийти,- ответил

Кот.

- Да мне почти все равно,- начала Алиса.

- Тогда все равно, куда идти,- сказал Кот.

- Лишь бы попасть куда-нибудь,- пояснила Алиса.

- Не беспокойся, куда-нибудь ты обязательно попадешь,- сказал Кот,-

конечно, если не остановишься на полпути.

Алиса почувствовала, что спорить тут не приходится, и решила подойти

к вопросу с другой стороны.

- Скажите, а кто тут кругом живет? - спросила она.

- В этой стороне- Кот помахал в воздухе правой лапой,- живет некто

Шляпа. Форменная Шляпа! А в этой стороне,- и он помахал в воздухе левой

лапой,- живет Очумелый Заяц. Очумел в марте. Навести кого хочешь. Оба

ненормальные.

- Зачем это я пойду к ненормальным? - пролепетала Алиса.- Я ж... Я

лучше к ним не пойду...

- Видишь ли, этого все равно не избежать,- сказал Кот,- ведь мы тут

все ненормальные. Я ненормальный. Ты ненормальная.

- А почему вы знаете, что я ненормальная? - спросила Алиса.

- Потому что ты тут,- просто сказал Кот.- Иначе бы ты сюда не

попала.

Хотя такой ответ не совсем устраивал Алису, она не могла удержаться

от дальнейших расспросов.

- А почему вы знаете, что вы ненормальный? - спросила она.

- Начнем с собаки,- сказал Кот.- Возьмем нормальную собаку, не

бешеную. Согласна?

- Конечно! - сказала Алиса.

- Итак,- продолжал Кот,- собака рычит, когда сердится, и виляет

хвостом, когда радуется. Она, как мы условились, нормальная. А я? Я ворчу,

когда мне приятно, и виляю хвостом, когда злюсь. Вывод: я - ненормальный.

- Разве вы ворчите? По-моему, это называется мурлыкать,- сказала

Алиса.

- Пусть называется как угодно,- сказал Кот.- Ты вечером будешь на

крокете у Королевы?

- Ой, я бы очень хотела- сказала Алиса,- да только меня что-то еще

не приглашали.

- Значит, до вечера,- сказал Кот и исчез.

Не сказать, чтобы Алиса так уж сильно этому удивилась - она уже

привыкла ко всяким чудесам,- но все-таки она долго не могла отвести глаз от

ветки, на которой только что сидел Кот. Как вдруг он появился снова.

- Кстати, чуть не забыл спросить,- сказал он,- что случилось с тем

ребенком?

- Он превратился в поросенка,- честно ответила Алиса.

- Так я и думал,- сказал Кот и опять исчез.

Алиса подождала немного, втайне надеясь, что он снова появится, но

кота все не было, и она пошла в ту сторону, где, по его словам, жил Очумелый

Заяц.

"Шляпы я и раньше видела,- думала она,- а Заяц, конечно, намного

интереснее! А потом, ведь сейчас май месяц, а не март,- может, он уже

поправился, стал нормальный..."

Тут она подняла глаза. Перед ней на ветке опять сидел Кот.

- Как ты сказала: "в поросенка" или "в карасенка"? - с живым

интересом спросил он.

- Я сказала "в поросенка"- отвечала Алиса,- и можно вас попросить не

исчезать и не появляться все время так внезапно, а то у меня прямо голова

кружится!

- Договорились,- сказал Кот и на этот раз действительно стал

исчезать по частям, не спеша: сначала пропал кончик хвоста, а потом

постепенно все остальное; наконец осталась только одна улыбка, - сам Кот

исчез, а она еще держалась в воздухе.

"Вот это да! - подумала Алиса.- Кот с улыбкой - и то редкость, но уж

улыбка без кота - это я прямо не знаю что такое!"

Очень скоро показался невдалеке дом Очумелого Зайца: трубы на нем

были в виде заячьих ушей, а крыша покрыта заячьим мехом, так что Алиса сразу

догадалась, что это тот самый дом.

Дом был такой большой, что она побоялась подойти к нему - сперва она

съела немножко гриба из ЭТОЙ руки и стала ростом раза в два побольше. Да и

то она сильно замедлила шаги.

"А вдруг он все-таки бешеный,- думала она,- пожалуй, лучше мне было

пойти к Шляпе!"

 

 

 

 

Поиск

Елизавета Лиза Элизабет

Статьи о сказках

Main Page Contacts Search