miloliza-logo

 

Жэньшэнь-оборотень. Китайская сказка

Отправились в старину два брата в горы охотиться. Облюбовали небольшое ущелье, в котором ручей был, и стали каждое лето над пропастью жерди класть, в каждую жердь с двух сторон по деревянному колышку вбивали, чтоб не упала. Бегают ласки да лисы по жердям, шныряют, с горы на гору прыгать не надо.

А как выпадет иней, шерсть у лис и ласок снова отрастет, привяжут братья к каждому колышку по ловушке да еще камешек снизу пристроят. Зверь пойдет, в ловушку попадет, в воду упадет, захлебнется. Братья шкурки продадут и живут безбедно.

Но вот однажды в тридцатый день двенадцатой луны снег повалил, все горы укрыл. На равнине лежит в три чи толщиной. Взял старший брат сани, в селенье поехал. Привез вина немного, мяса. Наделали они пельменей, приготовились Новый год на славу встретить. Пельмени налепили, а время варить не подошло, вот и подумал старший брат прогуляться, в чужой шалаш за десять ли отправился. Остался младший брат один. Ждал, ждал, старший брат все не возвращается. Налетел тут ветер, подхватил меньшого брата, завертел, закрутил, ну, ровно свиток бумажный, неведомо куда отнес. Открыл юноша глаза, смотрит — перед ним пещера горная. В пещере кан широкий, на кане девушка сидит. Не ведает юноша, куда его занесло, хотел прочь пойти, а девушка его и спрашивает:

— Ты куда идешь?

Отвечает юноша:

— Домой, к своему шалашу.

Опять спрашивает девушка, спокойно так:

— А дойдешь?

Рассердился юноша и говорит:

— Отчего же не дойти?

Сказал он так, к двери подошел, хотел бежать, да не тут-то было. Вниз глянул — обомлел. Пещера та, оказывается, на осыпи каменной по самой середине горы расположена. Вверх посмотришь — вершины не видать, вниз поглядишь — дна не рассмотришь. Ни назад дороги нет, ни вперед. Затревожился меньшой брат, не знает, как и быть, заплакал горько и говорит:

— Сестрица, а сестрица, хоть каплю доброты яви, помоги мне отсюда выбраться!

Слезла девица с кана, подошла к юноше, платочек вытащила, слезы ему вытерла, засмеялась весело и говорит:

— Уж раз пришел — не суетись. Поживи здесь немного!

Не слушает меньшой брат девушку, пуще прежнего плачет, свое твердит:

— Я домой хочу! Все едино ворочусь!

Говорит девушка:

— Куда ж ты пойдешь? Ведь последний день старого года нынче. Вот встретим с тобой вместе Новый год, а после потолкуем.

Сказала так девушка, на каменный стол рукой указала, а там и рыба, и мясо, и вино, и рис — чего только нет! Поглядел юноша на стол, еще сильнее загрустил. Топнул ногой и говорит:

— Я домой хочу! Все едино ворочусь!

Еще ласковее говорит ему девушка:

— Ты погляди, какой снег! Придешь в свой шалаш, что делать будешь? Поживи лучше здесь!

Смотрит юноша: постель вся шелком да атласом убрана, еще пуще слезами заливается. Как ни уговаривает его девушка — все напрасно. Вытащила она тогда тихонько веер маленький, три раза помахала за спиной у юноши, вмиг успокоился юноша, не плачет больше. Вытерла ему девушка слезы, сели они вместе, есть да пить стали, мужем и женой сделались.

Живет юноша в пещере пятнадцать дней, пятнадцать ночей, о доме родном и думать забыл, о старшем брате и подавно. Вот и пятнадцатый день нового года наступил, он днем юаньсяо зовется. Поужинали юноша с девушкой, дала она ему одежду новую и говорит:

— Много дней прожил ты здесь, сердце небось тоска гложет, нынче Праздник середины первого месяца, давай сходим на равнину, повеселимся, на праздничные фонари поглядим.

Обрадовался юноша. Родился он в глухих горах, отродясь праздника фонарей не видел. Зажмурил юноша глаза, как девушка велела, чует, будто ветер ему по ногам дунул, кто-то в воздух его поднял и вмиг на землю опустил.

Открыл меньшой брат глаза: что за веселье вокруг! Харчевни, винные лавки, торговцы круглыми блинами — люду разного и не счесть. Одни из хлопушек стреляют, другие возле лотков стоят торгуют, третьи на ходулях ходят. А уж до чего нарядно одеты, так и не расскажешь: платья всех цветов да фасонов, на любой вкус. Фонари, что по улицам носят, каких только нет! О семи звездах, о восьми углах, с девятью сыновьями, с восемью бессмертными, с птицами разными, с мячами вышитыми, со львами, с аистами… А один фонарь — дракон светящийся, его целая толпа на палках носит. Маленьких цветных фонариков видимо-невидимо. Глядит на них меньшой брат, будто завороженный, чуть не кричит от радости. Только держит его девушка крепко за руку, ни с кем разговаривать не велит, от себя ни на шаг не отпускает. Нагляделись они на фонари, девушка ему и говорит:

— Закусить бы надо!

И повела она юношу в большую винную лавку, отдала ему веер, наказала пуще ока его беречь, чтоб не потерялся. А в винной лавке шум, гам, кто в трубу дует, кто на струнах бренчит, кто плектрой по струнам бьет, кто поет, кто на пальцах загадывает, кто арии исполняет, кругом яркие фонари да свечи восковые горят — так и сверкают огнями. От шума этого, от суматохи уши у меньшого брата не слышат, глаза не видят. Как за еду принялись, меньшой брат по забывчивости веер на стол положил. Тут откуда ни возьмись парень чернолицый мимо промчался — хвать веер! Увидала это девушка, аж в лице изменилась, помчалась наверх, давай с тем парнем драться. И так отнимает, и эдак отбирает, никак отнять не может. Сбежала она вниз и вдруг пропала — струйка дыма легкая. Поднялся тут меньшой брат, тоже стал с тем парнем драться, гоняются друг за дружкой, все столы в лавке вверх ногами перевернули, пол рисом да закусками испачкали. Собрался вокруг народ, смотрит. Вскорости обоих в ямынь отведи.

Слуга из лавки, тот, что вино разносит, показал, что веер и впрямь меньшому брату принадлежит. Взял судья веер, юноше отдал. А чернолицый не унимается, кричит во все горло, что его это веер — и баста! Рассердился судья, ударил колотушкой деревянной по столу, как закричит:

— Ясно мне, что ты в винной лавке грабеж учинил, и свидетели это подтвердили, и доказательства налицо. Как же ты смеешь перечить да отпираться?

Говорит чернолицый:

— Коли это и впрямь его веер, пусть скажет господину, что на том веере нарисовано. Скажет — тотчас вину свою признаю.

Стал чиновник меньшого брата спрашивать, а тот и не знает. И пришлось юноше напоследок все, как есть, чиновнику рассказать. Обернулся тогда судья к чернолицему, спрашивает:

— Ну, а ты знаешь, что на веере нарисовано?

— Я, ничтожный, могу сказать. Гора Чанбайшань нарисована, высокий утес каменный да пещера, которая в воздухе висит. В той пещере огромный корень вырос!

Развернул чиновник веер — и впрямь все так и есть, как сказал чернолицый.

Спрашивает судья:

— Ну, а польза какая от этого веера?

Отвечает чернолицый:

— По рисунку этому корень отыскать можно. Это старый жэньшэнь, тысяча лет ему, он уже оборотнем сделался. Я, как увидал в лавке ту девицу, сразу понял, что она оборотень.

Прозрел тут чиновник и говорит:

— По-моему, веер этот теперь больше не нужен. Идите-ка вы в горы жэньшэнь искать. Нынче пятнадцатое число, праздник, вечером и так дел много, некогда с вами разбираться.

Тут что-то на пол упало — это чиновник веер бросил. Забил барабан, и чиновник покинул ямынь.

В первом месяце все горы снегом да льдом облепило. Где теперь тот жэньшэнь искать?

Так и не отобрал меньшой брат у чернолицего веер и решил обратно в горы податься. Много дней шел он, много ночей, десять гор больших одолел, еще на одну поднялся, пока шалаш свой отыскал и старшего брата увидел. Рассказал меньшой брат про все, что с ним приключилось, понял тут старший, что меньшого жэньшэнь-оборотень опутал. Велел он брату в горах охотиться, а про девушку ту больше не вспоминать.

А девушка домой добралась, вечера дождалась, послала ветер за меньшим братом. Опять принес ветер меньшого брата в каменную пещеру. Увидал юноша девушку, спрашивает:

— Ты зачем опять меня к себе затащила?

Отвечает девушка:

— Мне с тобой поговорить надобно.

Спрашивает юноша:

— Это правда, что ты жэньшэнь-оборотень?

Отвечает девушка:

— Правда.

Говорит ей юноша:

— Слыхал я, будто все живое и неживое, что в оборотня превращается, зло человеку приносит.

Спрашивает девушка:

— Да разве я хоть какое-то зло тебе причинила?

Говорит юноша:

— Ну, а в тот раз ты зачем меня искала?

Отвечает девушка:

— Потому, как судьба нам вместе быть.

Говорит юноша:

— А коли судьба, пойдем ко мне домой жить.

Отвечает девушка:

— Нельзя! Как пропал веер, так связь наша навеки разрушилась! Должна я уйти отсюда!

Сказала так девушка, стала слезы утирать.

Глянул на нее юноша, запечалился и спрашивает:

— Куда же ты теперь пойдешь?

— В горах места много, где захочу, там и буду жить.

Спрашивает юноша:

— А увидимся мы когда-нибудь?

Отвечает девушка:

— Запомни крепко: горы зеленые, речка текучая, налево осыпь, направо ущелье, посредине трава да деревья — там и будет мой дом.

Ночь прошла, утро настало. Проводила девушка меньшого брата. Запечалился он и говорит:

— Должны мы с братом весною домой воротиться.

А девица тоже грустно так ему отвечает:

— Как пойдете, с этой осыпи каменной вниз спускайтесь, я кой-что подарю вам, чтоб нужды не знали да меня не забывали.

Вот и растопился в старом, дремучем лесу лед, снег растаял, почки на деревьях раскрылись, птицы запели, друг с дружкой состязаются. Собрали братья шкурки, в долину отправились. Идут через утес каменный, смотрят — на утесе чисто белые цветы жэньшэня распустились. Накопали братья корней больших и малых, несколько десятков с собой домой унесли. Потом чернолицый парень пришел, людей привел, пещеру каменную отыскал, полез корень откапывать, а там нет ничего.

 

Поиск

Елизавета Лиза Элизабет

Статьи о сказках

Main Page Contacts Search